Неуважительное выражение для бесплодных, бесполезных разговоров о высоких материях и каждый считает себя самым умным, сидя дома, на своей кухне, рассуждая о высоких материях.
В противовес митинговой демократии демократия кухонная — сугубо личное дело. Каждый считает себя самым умным, сидя дома, на своей кухне, рассуждая о высоких материях.
С давних времён российские интеллигенты привыкли собираться друг у друга в гостях и под чай и водку до хрипоты обсуждать два извечных вопроса: «Что делать?» и «Кто виноват?», как не справедлива власть к своим людям и как улучшить ситуацию в стране.
Только в XIX столетии сидели в гостиной, а чай и водку подавала из кухни прислуга. Кроме того, порой случалось, что радикальные разговоры в узком кругу приводили к созданию революционных организаций, члены которых выходили на улицу, порой со знамёнами, а когда и с адской машиной под полой.
В XX веке в связи с дефицитом кухарок, ушедших управлять государством, разговоры о судьбах мира переехали на кухню. А кончались они либо, как и прежде — ничем, либо, если среди собравшихся находился стукач, — путешествием в места не столь отдалённые.
А к концу семидесятых разговорщиков и сажать перестали. Тогда и появилось неуважительное поименование для бесплодных разговоров о высоких материях: кухонная демократия.
Существует это явление и сегодня, хотя куда в меньших размерах, нежели пятьдесят лет назад. Вреда от него ни малейшего, пользы — тоже...
Помните такую строку из бардовской песни времён кухонной демократии?
Дмитрий Иванов. «А вместо сердца пламенный мотор»
